Пришла беда - отворяй ворота. Привыкаем к ящуру, забываем об экспорте?

Когда вспышки африканской чумы свиней были проблемой исключительно Юга России, один из ветеринаров как бы обнадеживающе сказал: «Хорошо еще, что это не ящур!» Скорость проникновения эпизоотии, губительной для свиноводства, в десятки раз ниже, чем утой болезни, что убивает крупный рогатый скот. К тому же еще одной неприятной особенностью ящура является то, что он передается человеку. Впрочем, сегодня нашей стране уже не приходится выбирать из двух зол, история болезней российского животноводства укомплектована обеими угрозами, способными на десятилетия избавить нашу страну от успешной экспортно ориентированной отрасли.

Там, где новый очаг

Сначала на самолете, а потом как получится: на поездах, машинах, вездеходах…

Хронометраж его профессиональной жизни отмеряют часы в лаборатории и десятки тысяч километров, которые он преодолевает для того, чтобы оказаться в эпицентре вирусного очага ящура. Болезнь животных и человека в России то вспыхивает, то утихает, а в жизни Алексея Мищенко ‒ она всегда. В культуре клеток и под микроскопом. Сегодня этот ученый возглавляет референтную лабораторию диагностики ящура Всероссийского центра здоровья животных, находящегося в ведении Россельхознадзора. Он всегда там, где новый очаг.

‒ Пришло сообщение о том, что есть подозрения на ящур опять в Забайкальском крае, опять в тех же самых населенных пунктах, в которых он регистрировался. В нашу лабораторию отправлен материал, провели весь комплекс лабораторных исследований, которые предусмотрены международными стандартами по диагностике ящура, и выделили в культуре клеток вирус ящура типа А.

Начиная с 2010 г. на территории Забайкальского края почти ежегодно регистрируют вспышки ящура. В 2010 и 2011 годах регистрировали вспышки ящура типа О,относящегося к топотипу Юго-Восточная Азия (SEA) генетической линии Mya-98, вызвавшему эпизоотию ящура в 2010 г. на территории стран Юго-Восточной Азии.

В 2013 году ‒ вдоль границ с Китаем целый ряд очагов ящура типа А, который свирепствует в Поднебесной и Монголии. Это предположения ученых. Официально Китайская Народная Республика уверяет, что у них ящур имеется, но очень далеко от России: только на территории провинции Тибета, Синьцзян-Уйгурского автономного округа. То есть на пограничных территориях официально ящура в Китае «как бы нет». Тогда возникает резонный вопрос:тогда откуда всё-таки он «как бы берется» на границе с Россией?

‒ Основная опасность в том, что вирус ящура очень быстро мутирует, ‒ поясняет Алексей Мищенко.‒ И, как следствие, у него изменяются антигенные свойства. Можно наблюдать, что эпизоотия начинается с возбудителя, обладающего одними антигенными свойствами, которые сменяются другими. Сейчас происходят какие-то странные процессы. Если, допустим, в 2011, 12-м и даже первой половине 13-го года мы видели, что до 50 % всех вспышек ящура на территории Турции вызывались вирусом типа Азия-1, то начиная со второй половины прошлого года идет постепенное снижение вспышек ящура типа Азия-1, возможно, мы наблюдаем межэпизоотический период вируса ящура типа Азия-1.

Чтобы понять, насколько ящур опасен, насколько он требует открытой информации и быстрого реагирования, достаточно посмотреть график работы Всероссийского института здоровья животных: 24 часа в сутки, 7 дней в неделю, 365 дней в году.

– Очень часто с Дальнего Востока самолет прилетает в Москву днем. Соответственно в город Владимир к нам патматериал доставляется в только в шесть-семь часов вечера, и мы тут же начинаем работать. Как правило, когда патологический материал в достаточном количестве, на типирование возбудителя у нас уходит около пяти часов, – объясняет потомственный ученый. – Чем раньше мы сможем провести индикацию и идентификацию возбудителя, тем быстрее ветеринары на местах смогут выполнить весь комплекс мероприятий по локализации и ликвидации вспышки и предотвратить распространение возбудителя на новые территории. К сожалению, очень часто ветеринарные врачи не знают клинических признаков ящура и первоначально ставят диагноз отравление, тем самым приводя к распространению возбудителя на всю популяцию населенного пункта, а иногда даже целого района. При ранней диагностике заболевания и выполнении всего комплекса мероприятий, предусмотренных «Инструкцией о мероприятиях по предупреждению и ликвидации заболевания животных ящуром», вспышку ящура удается локализовать оперативно и предотвратить распространение заболевания даже в пределах неблагополучного пункта. В качестве примера можно привести организацию противоэпизоотических мероприятий в с. Гродеково Амурской области: от момента первого сообщения о подозрении на возникновение ящура у КРС 25 июня 2013 года до уничтожения заболевших животных и подозреваемых в заражении 4 июля прошло 9 дней, и было уничтожено всего 104 головы больных и контактных животных. Предпринятые правильные и срочные меры позволили предотвратить распространение заболевания на все восприимчивое поголовье с. Гродеково, тем самым удалось сохранить около 2800-2900 голов восприимчивых к вирусу животных. Затянуть на несколько дней – всё стадо будет инфицировано и необходимо будет проводить отчуждение всего поголовья неблагополучного пункта.

Зеленый свет инфекции сегодня дает скрытая информация. Страны Закавказья официально, то есть на бумаге, «благополучны» по ящуру. Но география вспышек прямо указывает – вирус, зарегистрированный, к примеру, в Южной Осетии, попал именно из одного из «благополучных» сопредельных государств. И эти утверждения строятся не на догадках. Так, ящур из Южной Осетии оказался типа О. Близкородственные изоляты выделялись при вспышках вируса на территории Турции и Ирана и других государств Ближнего Востока. Между Россией и этими странами − Грузия, Армения, Азербайджан.

История повторяется дважды

О ящуре читают лекции, издают книги. Но большинство сегодняшних ветеринаров «вживую» его не видели. Зачастую этим объясняются их ошибки в работе. За плечами Анатолия Михайловича Рахманина борьба с ящуром, которую СССР пережил в середине прошлого века. Тогда патриарх отечественной ветеринарии руководил противоэпизоотической службой страны. Он вспоминает, что более полувека назад в Советском Союзе были десятки очагов по всей стране. И тем не менее с ящуром удалось справиться.

– Очень настораживает сегодня Северный Кавказ, – делится опасениями Анатолий Михайлович. – Если там и далее будут регистрироваться вспышки, то рано или поздно ситуация разовьется в эпизоотию. Потому что на большинстве территории России скот не вакцинируется против ящура на протяжении многих лет. Стоит только искорке этого вируса попасть, и будет пожар, огромный пожар, который мы не остановим, потому что нет такого количества вакцины.

В 2004 году была принята программа совместных действий по борьбе с ящуром в рамках государств – участников СНГ. Там предусматривались запасы вакцин, обучение специалистов, мониторинг ситуаций. Но в России она не вошла в список федеральных целевыхпрограмм, которые обеспечиваются финансовой поддержкой государства. Новую программу обсуждают несколько лет. А вирус в это время пополняет ветеринарную карту страны новыми точками вспышек.

– Если он наберет скорость – это будет настоящая трагедия с непредсказуемыми потерями, – уверяет Рахманин. – Государственная ветеринария сейчас носит рекомендательный характер, руководствуется устаревшими документами. Есть такие губернии, губернаторы или администрации, которые не заинтересованы в соблюдении эпизоотического карантина и боятся хозяйственных ограничений. А ветеринарным субъектовым службам приходится выбирать между правильными действиями и подчинением.

Каждая недоработка системы – толчок к распространению вируса. Жесткие скоординированные меры на уровне руководителей государства и локализация ящура теперь – исторический факт. Или урок?

– В нынешней ситуации, когда ветслужбы оказались ослабленными, принять такие меры наши коллеги не смогли, – делает выводы заместитель руководителя Россельхознадзора Евгений Непоклонов. – Это и страны Центральной Азии, это Таджикистан, Узбекистан, Киргизия, Казахстан, Туркмения. Попадая туда с продукцией и живыми животными, вирус мгновенно находит возможность создавать резервуары. А отсутствие системы идентификации животных, отсутствие системы учета их надлежащим образом привело к тому, что заболевание стало очагово-стационарным.

Рецепт все тот же

Из этих стран ящур вернулся в Россию. Только ветеринарная оборона в нашей стране распалась на множество фронтов. И купировать заболевание, как это делали когда-то, невозможно. Сейчас специалисты спорят: важнее объединить усилия с соседними странами или создавать надежные буферные зоны. Но к какому решению они ни придут, успешный опыт у нашей страны есть.

– Здесь не может быть полумер, – говорит Евгений Непоклонов. – Здесь можно решать вопросы только так, как было в Советском Союзе сделано. Как побороли проблему с ящуром, как предупредили развитие эпизоотии африканской чумы свиней? Только благодаря сильной, со всеми возможными экстренными полномочиями и четкой вертикалью, ветеринарной службе. Без этого все остальные действия будут носить характер полумер, и мы будем постоянно находиться в состоянии ожидания, где еще возникнет или иная вспышка.

Ученые разных поколений удивительно солидарны в своих пессимистичных прогнозах. Они уверены: ящур способен оставить отдельные регионы России без КРС, свинопоголовья, значительно сократить поголовье МРС, закрыть для нашей страны возможность экспортировать не только животноводческую продукцию, но и зерно, и стать еще одной бомбой замедленного действия, подложенной под аграрную отрасль России.

«Агробезопасность» №19